Авраам подчинился указанию Бога и принес в жертву всесожжением своего любимого сына Исаака, который родился у Авраама на старости лет. Отдавая это указание, Бог шел на серьезный риск, беспрецедентный за всю историю. Какое бы решение Авраам ни принял, подчинился бы он указанию или нет, — это решение стало бы условием, представляющим небеса и землю; от него зависела судьба всего происходящего на небесах и на земле, а также судьба миллионов будущих жизней. Хотя Авраам не догадывался о важности момента, как только он получил это указание, он предпринял искреннюю попытку возложить на алтарь своего сына Исаака и принести его в жертву.
Представьте, что творилось в душе у Авраама, когда он заносил нож над любимым сыном, чтобы убить его! Его душа в буквальном смысле вышла за пределы реальности. Кто мог признать такую веру в те времена? Сделав то, чего ждал от него Бог в тот серьезнейший рискованный момент, Авраам своим бесстрашным поступком доказал, что и он, и его семья принадлежат Небесам. Этот поступок также показал, что и Авраам, и его семья, и даже домашний скот — все следуют указаниям Бога. Авраам создал новую реальность, когда принес в жертву единственного сына.
Вот о чем молился Авраам, принося в жертву Исаака: «Хоть Исаак и мой сын, Он принадлежит Тебе. Поэтому я жертвую его для Тебя». Дальнейшее не имело для него значения. Вы должны научиться такой фундаментальной вере на примере исторических личностей, наших праотцев. (1:265-66, 2 декабря 1956 г.)
* * *
После неудачи Авраама в символическом приношении Бог велел ему принести «во всесожжение» своего единственного сына Исаака. Этим Бог открыл новый промысл, чтобы восстановить искуплением неудачу Авраама.
Поскольку сердце Авраама горело желанием воплотить волю Бога, а его решительные действия были исполнены абсолютной веры, послушания и преданности, он смог подняться на положение, которое ему следовало занять после убийства Исаака, хотя на самом деле он этого убийства не совершал. Таким образом, он полностью отделил Исаака от сатаны. Бог велел Аврааму не убивать Исаака, поскольку последний, освобожденный от уз сатаны, уже находился на стороне Бога. Важно понять, что слова Бога «...теперь Я знаю...» выражают и упрек в адрес Авраама за ошибку в символическом жертвоприношении, и радость по поводу успешного принесения в жертву Исаака. Таким образом, благодаря успеху Авраама во время принесения Исаака в жертву, провидение восстановления в семье Авраама могло быть продолжено Исааком. (Божественный Принцип, Провиденциальная эпоха создания основания для восстановления, раздел 3.1.2.2)
* * *
Никто не может сказать с уверенностью, сколько лет было Исааку во время жертвоприношения. Но судя по тому, что он нес дрова для всесожжения (Быт. 22:6) и с беспокойством спросил отца, где агнец для жертвы (Быт. 22:7), можно предположить, что он был достаточно взрослым, чтобы понять намерения отца. Отсюда следует, что Исаак принял волю своего отца, хотя и знал о том, что тот готовится принести его в жертву.
Если бы Исаак воспротивился попыткам отца сделать из него жертву, Бог, несомненно, не принял бы это приношение. Но в действительности Исаак проявил такую же великую веру, как и Авраам, вследствие чего сатана не мог заклеймить ни одного из них. Так принесение в жертву Исаака завершилось победой благодаря обоюдной вере Авраама и Исаака. В процессе приношения Авраам и Исаак прошли через смерть и возрождение, в результате чего были достигнуты две цели. Во-первых, Авраам смог отделиться от сатаны, который вторгся в него из-за ошибки в символическом приношении… Во-вторых, исполняя Божью волю, Исаак проявил веру и послушание. Поэтому он унаследовал миссию Авраама и получил право принести символическую жертву. (Божественный Принцип, Провиденциальная эпоха создания основания для восстановления, раздел 3.1.2.3)
* * *
Отец, мы должны пожертвовать собой ради Тебя, хоть мы и не можем этого сделать. Поэтому прошу Тебя, возложи нас на Свой алтарь даже силой, даже волоком! Отправляясь на гору Мориа, Авраам взял с собой своего невинного сына Исаака. Когда Исаак спросил отца: «Где же овен для всесожжения?», — тот попросил его не переживать об этом. Как бы я ни пытался постичь сердце Авраама, — сердце родителя, — я каждый раз ощущаю, сколько боли и горечи скопилось в Твоем сердце на пути нашего спасения. (48:57, 5 сентября 1971 г.)